Кристиан Ганцер
Историк, докторант Лейпцигского университета (докторская диссертация по теме «Музей обороны Брестской крепости в Беларуси»). Участвовал в исследовательских проектах, связанных с историей Второй Мировой войны, в Беларуси, Польше и Германии.
2,023  
ЛекцияБрест25 июня 2015
Брестская крепость: война и память
25 июня 2015 года в Бресте, в рамках проектов Театр «Крылы Халопа» и «Европейское кафе – открытое пространство Европы» состоялась лекция Кристиана Ганцера «Брестская крепость: война и память».

Страницы

Кристиан Ганцер: Уже несколько лет как я занимаюсь темой Брестской крепости и сегодня постараюсь вкратце представить вам определенные результаты моих исследований. Сначала я расскажу об истории боев 1941 года. Затем я бы хотел поговорить о том, как была создана история героической обороны Брестской крепости. И после доклада, в формате живой дискуссии, мы сможем обсудить, какая культура памяти нужна гуманистическому обществу.

История боев в июне 1941 г.

Когда я выступаю на западных конференциях, в Германии, в других странах, обычно всем нужно объяснять, что такое Брестская крепость. Иногда меня спрашивают: «это во Франции, крепость Брест?», – и я говорю, «нет, был еще другой Брест, Брест-Литовск» (почему-то немцы до сих пор знают Брест только как Брест-Литовск).

История героической обороны Брестской крепости – это прежде всего советская официальная версия. В рамках доклада мы будем говорить о пяти основных ее утверждениях (хотя на самом деле их больше). Центральный момент – это один из столпов, на котором стоит весь этот нарратив: утверждение, что героическая оборона Брестской крепости длилась 32 дня. Второй момент – это то, что защитники Брестской крепости сражались до последнего патрона, будучи верными присяге, и на все предложения сдаться в плен отвечали дружным, ураганным огнем. Поэтому в официальном нарративе информация о пленных практически отсутствует, появляясь только в отдельных случаях, когда она полезна либо когда об этом невозможно не говорить. Обычное впечатление, что пленных было экстремально мало – и наоборот, немцы, согласно официальной версии, понесли огромные потери (и интересно то, что обычно не говорят о том, какие именно потери они понесли).  Четвертый момент, о котором я бы хотел поговорить сегодня – это ведущая роль коммунистов и комсомольцев, которые, как настоящие патриоты Советского Союза, отличались особым мужеством и героизмом (это также одно из ключевых мест официального нарратива). Как вы знаете, Советский Союз был государством многонациональным, поэтому важно было подчеркнуть, что в героической обороне участвовали представители как минимум 30 советских национальностей (согласно официальной формулировке «30 национальностей и народностей», – и это не совсем понятная для меня иерархия). И это еще одна очень интересная тема.

Обычно я занимаюсь музейными исследованиями – то есть исследую, каким образом в музеях показана история. Конечно, для этого нужно знать исторический контекст, – чтобы понимать, чего не хватает в музее или что преувеличивается в экспозициях. В случае с Брестской крепостью, я, видимо, слишком глубоко копал, но меня заставляли брестские коллеги: независимо от того, что я говорил, они всегда требовали: «Докажи!» Так что я повторно ездил в Федеральный военный архив в Фрайбурге, где нашел очень много документов. На самом деле это историческая случайность, потому что в 1944 году бомбили военный архив в Потсдаме, и казалось, что от бумаг о наступлении 31-ой немецкой пехотной дивизии 1941 года ничего не осталось. Однако та бомба очень удачно упала: может, фонд 45-й пехотной дивизии находился не там, где она упала, или он не был затронут пожаром после взрыва, не знаю. Я обнаружил просто сногсшибательно хорошую документацию: там тысячи страниц!

И вот результаты моих исследований. Сейчас я буду оспаривать официальный нарратив по каждому из пяти пунктов.

1. Во-первых, как долго шли бои за крепость? Здесь также появляется вопрос, что такое «оборона крепости»: если один ее форт все еще защищается – это все еще оборона крепости или уже нет? Поэтому я не буду пользоваться выражением «оборона Брестской крепости» – я использую его только тогда, когда говорю об официальном нарративе. Я буду говорить о «боях за крепость». На самом деле (или, как минимум, согласно документам, которые я нашел) ситуация выглядит так: В первые три дня на всей территории Брестской крепости действительно шли тяжелые бои и немцы понесли большие потери (но об этом позже). Однако после третьего дня осталось всего несколько очагов сопротивления: это был Восточный форт, объект 145, где сейчас проходят гулянки и свадьбы в кафе «Цитадель», а также часть кольцевой казармы справа от трёхарочных ворот – там, где сейчас ничего нет. Всего было три дня тяжелых боев, потом два дня боев за отдельные очаги сопротивления, а потом остался только Восточный форт. Немцы уже начали убирать территорию крепости. Конечно, еще оставались где-то бойцы Красной Армии, и их разыскивали, но в целом немцы уже могли свободно передвигаться по Брестской крепости. Сохранилась фотография, где генерал Шлипер, командир 45-ой пехотной дивизии, стоит на центральном острове, то есть в Цитадели. Она была сделана 26 июня.

2. Вопрос о количестве советских пленных часто вызывает особое сопротивление и сильные эмоциональные реакции, иногда мне кричат о том, что это все неправда. Это довольно сложная тема. В общей сложности в плен попало ок. 6 тысяч 800 человек. Я исхожу из того, что в крепости утром 22 июня находилось более чем 9 тысяч советских командиров и солдат. Абсолютно точно об этом мы никогда не узнаем, потому что здесь ситуация с источниками очень непростая.

С одной стороны, вопрос о пленных достаточно хорошо документирован. Известен боевой отчет о взятии Брест-Литовска генерал-майора Фрица Шлипера. Кроме него есть еще приблизительно 40 документов, которые дают нам информацию о пленных. В этих документах есть повторы, – и это хорошо, потому что они подтверждают друг друга. Однако есть и пробелы. Иногда попадаются документы, которые покрывают несколько дней. В целом все это позволяет более-менее точно посчитать, сколько человек за каждый день попадало в плен. До сих пор я сам представлял эти материалы на конференциях и публиковал их, но было бы интересно провести семинар и круглый стол именно по этим документам, чтобы поспорить, может быть, обнаружить, что где-то я ошибся, и прийти к согласию.

Какие это документы? Это 19 документов подразделений 45-ой пехотной дивизии, которые приняли непосредственное участие в боях на территории Брестской крепости. Это 14 штабных документов 45-ой пехотной дивизии. Это 5 документов вышестоящих структур, то есть армейского корпуса и 4-ой армии. И у меня есть еще 3 так называемых эго-документа, т.е. личных документа офицеров 45-ой дивизии.

От работников Музея обороны Брестской крепости я получил два ответа на мое утверждение, что вот столько человек попало в плен:

Во-первых, это отчет, который назывался «Отчет о взятии Бреста и Брестской крепости», поэтому мы должны в нем ожидать увидеть цифры по Бресту и крепости. Однако если внимательно прочесть документ, то обнаруживается, что там вообще нет информации о городе, о боях за вокзал, о стрельбе на улицах города и т.д. И только в самом его конце, где подводятся итоги (сколько составили потери, сколько было пленных, сколько трофеев и т.д.), появляются общие расчеты взятых пленных в городе, окрестностях и крепости. Вопрос в следующем: хорошо, если это цифры и по городу, то сколько военнопленных было взято в городе и как долго продолжались там бои? На самом деле в самом городе Бресте бои были только в первой половине дня 22 июня. Да, был еще подвал вокзала. Но сколько пленных можно было там взять? Так что в самом городе у 45-ой дивизии было немного возможностей брать в плен.

В качестве второго ответа я получил предположение о том, что пленные могли быть взяты на самой границе или в окрестностях города. Оказалось, что в Музее обороны Брестской крепости не знали точных границ поясов наступления дивизий 12-го армейского корпуса. Штабная карта 45-ой пехотной дивизии показывает, что пояс наступления был довольно узким: приблизительно 5-6 километров. Военные объекты, кроме крепости, находились вне этого пояса. Здесь был еще один форт, но в основном в этот пояс вошли крепость, город, болота на границе и объекты невоенного назначения. Так что к окрестностях крепости или города было мало возможностей для взятия в плен. Мы довольно хорошо знаем, когда и где находились подразделения, поэтому можно подсчитать, что где-то 400 человек было взято в плен вне крепости.  

3. Следующий пункт – немецкие потери. Об этом очень коротко. За весь период боев погибло приблизительно 429 немцев и до 660 человек было ранено.

4. Информация о коммунистах и комсомольцах в немецких источниках просто отсутствует, эти факты они не документировали, и это не странно.

5. Что касается многонационального состава Красной армии, то немцы использовали расистскую фразу,  «смесь народов»: в документах упоминается о том, что там были представители разных наций, особенно им бросались в глаза солдаты из Средней Азии, – для них это служило доказательством того, что люди Советского союза – это люди «низшей расы». Так что можно сказать, что эта часть советского дискурса находит в немецких документах подтверждение, но просто немцы рассматривали ее не положительно, а негативно.

Теперь обратимся к периодизации. Музей обороны уже в 1961 году выдвинул периодизацию боев за Брестскую крепость, которая выглядела так: до конца июня шли бои на всей ее территории, затем – за отдельные очаги сопротивления, а на тридцать второй день войны был пленен последний защитник Брестской крепости майор Гаврилов.

Я предлагаю другую периодизацию. Три дня шли тяжелые бои, два дня – бои за отдельные очаги, и потом еще до 29 июня шли бои за Восточный форт. Я искал источники, подтверждающие советскую версию. И нашел источники, подтвердившие, что, действительно, 23 июля один советский командир был взят в плен. Указано место пленения, о котором говорил Гаврилов, что он был взят в плен там. Возможно, я нашёл след Гаврилова, не могу это исключить. Но кроме этого я не нашел никаких документов, которые бы подтвердили, что после 29 июня были бои. Это не означает, что я исключаю эту возможность: на каждом поле сражения обычно остаются отдельные солдаты и, вероятнее всего, так было и в крепости, но в немецкой документации нет соответствующих документов.

При этом моя периодизация находит подтверждение в числах потерь (см. диаграмму). В диаграмме есть неточность касательно первых двух дня: Я могу доказать, что за первые два дня всего в плен попало 3000 человек (но не могу сказать точно, сколько именно в какой день). После второго, третьего дня потери снижаются, а потом их уже совсем мало. 27 числа – один погибший немец на поле сражения немец, все остальные умирали в лазаретах. Затем ни одного убитого в бою немца – только те, кто умер в лазарете от ранений.

Таким образом, мои исследования о продолжительности боев за Брестскую крепость сильно отличаются от того, что было общепринято в советском дискурсе. Информация о количестве военнопленных солдат тоже отличается. В советской версии не называются точные цифры немецких потерь, однако Аркадий Анисимович Крупенников, первый директор Музея обороны, утверждал, что в отчете Шлипера они были сильно приуменьшены, и потерь было как минимум в два раза больше. Касательно ведущей роли коммунистов я не могу сказать ничего, однако многонациональный состав защитников крепости немецкие документы подтверждают.

Страницы