Паоло Гербаудо
итальянский социолог и политолог, работает в King's College (Лондон). Директор Центра цифровой культуры и руководитель бакалаврской программы по цифровой культуре (King's College, Лондон). Исследует цифровой активизм и цифровую политику.
125  
ЛекцияМинск7 декабря 2016
Цифровой активизм и новая культура протеста
7 декабря (понедельник) в рамках проекта «Европейское кафе – открытое пространство Европы» состоялась публичная лекция Паоло Гербаудо

Страницы

Как мы знаем, социальные медиа широко используются в развлекательных целях. Там мы смотрим на фотографии собак, которые делают какие-нибудь странные вещи, или на то, что произошло с Джастином Бибером и Рианной – все последние сплетни. Наблюдаем за эстафетами в духе ‘Ice Bucket Challenge’. Таким образом, в каком-то смысле социальные медиа стали своего рода реалити-шоу. Если ранее в одной закрытой комнате люди делали что-то, а все остальные смотрели, то на сегодняшний день социальные медиа позволяют каждому из нас показывать себя, в то время как все остальные будут зрителями.

Другой проблемой является проблема «кликтивизма», когда просто кликнув или запостив что-то в Facebook, у людей возникает иллюзия, что эти клики или глупые посты уже делают их борцами за свободу и активистами.

И третью проблему олицетворяет Эдвард Сноуден, информационный аналитик США, который рассказал всему миру, что секретные службы США отслеживают определенные Интернет сообщения и пытаются контролировать Интернет-трафик. Мы начинаем понимать, что секретные службы в США, в Великобритании, и по всей видимости в других странах тоже, используют социальные медиа для сбора сведений и надзора. Естественно, все это делается не только в США или Великобритании, и если ранее представитель КГБ или немецкой Штази были заинтересованы в том, чтобы знать где вы находитесь и что вы делаете, то на сегодняшний день представителям этих спецслужб достаточно просмотреть ваш профиль в социальных сетях.

Возможно, на этом этапе вы захотите согласится с мнением Евгения Морозова, разделяя точку зрения техно-пессимистов, что цифровые социальные медиа несут в себе опасность. Но я считаю, что ни техно-пессимизм, ни техно-оптимизм не являются правильным ответом в отношении активизма и социальных медиа. И техно-пессимисты, и техно-оптимисты ошибаются в том, что они одинаково правы. Интернет не является средством контроля или доминирования, но также он не является и инструментом на пути к свободе и эмансипации. Почему? Потому что это не просто инструмент. Интернет - это еще и пространство, которое несет в себе определенную культуру и в которое мы включены. А значит, мы не должны редуцировать наше понимание Интернета просто до “хорошо” или “плохо”. Продуктивней рассматривать Интернет как оспариваемое пространство, поле битвы, где сходятся многие социальные силы против друг друга: корпоративные интересы, авторитарная власть и демократические силы. В конце концов, Интернет – это пространство, которое значительно предопределяет образ нашей жизни, а также культурные коды, в категориях которых мы думаем о себе и окружающем нас обществе.

Данный график показывает тенденцию роста значимости Интернета в нашей жизни, что в свою очередь объясняет, почему Интернет становится важным инструментом протеста. Это график роста доходов Google за 2008-2015, соответственно отражающий роль Интернета в экономике западных стран.

Следующий график показывает рост Интернет-пользователей в тех странах, которые были вовлечены в протестное движение 2011 года. Возможно, растущие показатели использования Интернета, это то немногое, что в современном обществе растет, в то время как экономика ЕС идет в противоположенную сторону. В целом, мы приближаемся к тому уровню, когда абсолютное большинство населения так или иначе пользуется Интернетом. И именно поэтому неудивительно, что Интернет становится ареной протеста. И не потому, что он плох или хорош, а потому что Интернет занял центральное место в том, как и что мы производим, потребляем и организуем.

Страницы